Стендап-комик Нурлан Сабуров дал концерт в Таиланде — это стало его первым крупным выступлением после резонансной истории с запретом на въезд в Россию. Шоу прошло 25 февраля в Пхукете и собрало полный зал, передает SteppeNews.kz.
С первых минут артист задал тон вечеру. Он иронично заметил, что многие «пришли посмотреть на уголовника», обыгрывая волну обсуждений вокруг своей персоны. Основной темой монологов стала именно ситуация с запретом — Сабуров не уходил от неё, а, наоборот, сделал частью программы.
Концерт начался с задержкой примерно на 40 минут. Зрителям напомнили о запрете на съёмку во время выступления, однако отдельные фрагменты всё же появились в соцсетях.
Шутка о 50 годах, которая разлетелась по соцсетям
Одна из самых ярких шуток вечера сразу разошлась по сети. Комик удивился сроку ограничения и сравнил своё положение с неожиданными примерами: «Даже у Зеленского нет такого запрета. 50 лет. Я что — Дракула?» Эта фраза стала одной из самых цитируемых и быстро вышла за пределы зала.
Внимание также привлекли финансовые показатели. В ряде публикаций сообщается, что выручка от продажи билетов могла составить значительную сумму — речь идёт о десятках миллионов тенге.
Собчак в зале и ирония со сцены
Ксения Собчак, посетившая шоу и позже поделившаяся впечатлениями в своём Telegram-канале, рассказала, что артист упомянул её «добрым словом — но, конечно, с характерной иронией». «Респект Собчак за защиту, но скажу честно: не надо, а то запретят въезд на 500 лет, и концерты придётся давать на пятом кольце Сатурна», — привела цитату телеведущая.
Помимо этого, Сабуров вновь подшутил над собой и ситуацией с запретом. В ходе выступления он обыграл тему задержания в аэропорту, рассказывал истории о полицейских, которые подходили к нему с просьбой сфотографироваться, и пообещал, что его будущие стендапы будут настолько «патриотичными», что публика начнёт спрашивать, не иноагент ли он «в стиле Владимира Соловьёва».
Несмотря на официальные сложности, реакция публики показала, что интерес к артисту не только не снизился — напротив, он стал одной из центральных тем в медиа и соцсетях. Создаётся впечатление, что комик использовал своё первое крупное зарубежное выступление как возможность перевести внимание с юридической истории в сторону самоиронии — и, судя по отклику аудитории, ему это удалось.
