Правительство Казахстана ускоряет реализацию проекта по локализации автомобилей BYD. По поручению премьер-министра Олжаса Бектенова профильные ведомства должны сократить сроки подготовки проекта, а запуск производства теперь рассматривается уже в 2027 году.
За решением ускорить проект стоит не только развитие автопрома. Казахстанский рынок электромобилей быстро растет, а вместе с ним меняется и подход государства: вместо импорта готовых автомобилей акцент смещается на локализацию производства, привлечение технологий и создание совместных предприятий с Китаем.
Почему сроки решили сократить ?
Главная причина — рынок изменился значительно быстрее, чем ожидалось. Об этом для SteppeNews.kz рассказал генеральный директор Агентства мониторинга и анализа автомобильного рынка (АМААР) Артур Мискарян.
По словам Артура Мискаряна, сегмент автомобилей на новых источниках энергии (NEV) в Казахстане демонстрирует рекордные темпы роста. Только за первое полугодие продажи достигли 3,7 тысячи автомобилей, а сам рынок увеличивается в два–три раза по сравнению с прошлым годом.
Рынок автомобилей на новых источниках энергии активно растёт — это касается и мирового рынка, и рынка Казахстана. В первом полугодии реализовано 3,7 тысячи автомобилей NEV, что является рекордом для нашей страны. Учитывая кратный рост этого сегмента, в ближайшее время мы увидим новые рекорды спроса», — говорит Артур Мискарян. 
Поэтому ускорение проекта выглядит логичным экономическим шагом: государство стремится локализовать производство в момент, когда внутренний спрос уже сформировался и продолжает расти.
Почему выбор пал именно на BYD
Сегодня BYD — крупнейший производитель автомобилей на новых источниках энергии в мире. За первое полугодие компания реализовала более 2 тысяч автомобилей в Казахстане, свыше 1 миллиона — на внутреннем рынке Китая и около 1,8 миллиона — по всему миру.
По мнению Артура Мискаряна, эти показатели свидетельствуют не только о коммерческом успехе бренда, но и о высоком уровне технологической зрелости компании.
«Важно понимать, что BYD — лидер мирового рынка автомобилей на новых источниках энергии, лидер домашнего рынка Китая, а также бренд, который в очень сжатые сроки занял лидирующую позицию и на казахстанском рынке. За этими показателями стоят технологический опыт, лояльность клиентов и развитая сервисная инфраструктура», — отмечает эксперт. 
Еще один важный фактор — уже существующее сотрудничество с Казахстаном. BYD выступает технологическим партнером проекта по выпуску городских автобусов, поэтому компания уже хорошо понимает потенциал казахстанского рынка и особенности работы с местными производителями.
Сжатые сроки — результат готовности отрасли
По мнению Артура Мискаряна, ускорить запуск производства позволило не только изменение рыночной конъюнктуры, но и накопленный опыт казахстанской автомобильной отрасли. При этом эксперт подчёркивает, что окончательные сроки будут зависеть от целого ряда экономических и регуляторных факторов.
«Учитывая опыт казахстанского партнёра концерна BYD в лице Astana Motors, проект может быть реализован в сжатые сроки. Как скоро начнётся процесс производства, зависит от множества факторов — ситуации на мировом и локальном рынках, макроэкономики и регуляторного воздействия», — говорит генеральный директор Агентства мониторинга и анализа автомобильного рынка Артур Мискарян. 
Это означает, что сокращение сроков — не просто административное решение, а отражение готовности рынка, производственной инфраструктуры и инвестиционного климата.
Локализация важнее сборки
Для Казахстана важной задачей становится не просто выпуск автомобилей, а создание полноценного автомобильного кластера.
В Алматы и Костанае уже развиваются предприятия по производству автомобилей и автокомпонентов. Следующим этапом становится подготовка инженерных кадров, расширение локализации деталей и привлечение финансовых институтов для поддержки высокотехнологичных производств.
«Локализация техники, выпускаемой в Казахстане, повышается ежегодно. С одной стороны, этого требуют отраслевые регуляторы, с другой — сама экономика автомобильной отрасли диктует необходимость производить всё больше компонентов внутри страны», — подчёркивает Артур Мискарян. 
Такая модель позволяет постепенно переносить в Казахстан не только сборку, но и производство компонентов с высокой добавленной стоимостью.
Казахстан и Узбекистан: конкуренция за китайские производства
Центральная Азия становится одним из новых центров притяжения китайских автомобильных инвестиций. Узбекистан уже локализовал производство автомобилей BYD и обладает серьёзным опытом в автомобильной промышленности. Однако, по мнению Артура Мискаряна, конкурентные преимущества Казахстана связаны не только с внутренним рынком, но и с его логистическим положением.
«Узбекистан — развивающийся рынок с большим потенциалом и ценным опытом в автомобильной промышленности. В то же время Казахстан имеет широкий потенциал внутреннего рынка, ресурсы интеграционных объединений и встроенность в глобальные логистические проекты», — говорит эксперт. 
Дополнительным преимуществом Казахстана эксперт называет экспортный потенциал.
«Важно учитывать и то, что Astana Motors — пока что единственный игрок на казахстанском рынке, который уже сегодня имеет успешный опыт дистрибуции автомобилей китайских брендов в странах Европы», — отмечает Артур Мискарян. 
BYD в контексте Инициативы глобального управления
Ускорение проекта BYD невозможно рассматривать изолированно. Оно совпадает с реализацией Инициативы по глобальному управлению (Global Governance Initiative) — одной из ключевых международных концепций, представленных Председателем КНР Си Цзиньпином.
Эта инициатива стала четвертым глобальным предложением Китая — после инициатив по развитию, безопасности и цивилизации. В отличие от традиционной модели международной торговли, она делает акцент на совместном развитии промышленности, технологическом сотрудничестве, устойчивых цепочках поставок и взаимной выгоде государств.
По сути, речь идет о переходе от формулы «одна страна производит — другая покупает» к модели, где партнеры совместно создают технологии, инвестируют в производство и разделяют экономические результаты.
Проект BYD в Казахстане становится одним из наиболее наглядных примеров реализации этого подхода в Центральной Азии: китайская сторона приносит технологии и инженерную экспертизу, а Казахстан — промышленную площадку, человеческий капитал и доступ к евразийским рынкам.
От сырья — к полной производственной цепочке
Если BYD демонстрирует развитие автомобилестроения, то потенциальный проект CATL показывает следующий этап промышленной интеграции.
Крупнейший в мире производитель аккумуляторов рассматривает возможность строительства в Казахстане завода, который может стать первым предприятием такого масштаба в Центральной Азии. В случае реализации республика сможет сформировать внутри страны полную производственную цепочку — от добычи критически важных минералов до выпуска готовых аккумуляторных батарей.
Для Казахстана это означает принципиально новую экономическую роль. На протяжении десятилетий страна поставляла сырье для зарубежных производств. Теперь появляется возможность экспортировать продукцию с высокой добавленной стоимостью, сохраняя технологии, рабочие места и налогооблагаемую базу внутри государства.
Новый этап казахстанско-китайского партнерства
Автомобильная отрасль уже демонстрирует этот переход. Astana Motors локализует производство китайских брендов, развивая сварку, окраску кузовов и собственную компонентную базу. Проект BYD становится следующим этапом этой стратегии — уже в наиболее быстрорастущем сегменте мирового автопрома, где вместе с автомобилями будут развиваться инженерные компетенции, сервисная инфраструктура и собственная база поставщиков.
В этой логике поручение Олжаса Бектенова — не просто решение сократить календарные сроки строительства. Это попытка синхронизировать государственную промышленную политику с новой архитектурой международного сотрудничества, где Казахстан становится не периферийным рынком сбыта, а полноценным участником глобальной производственной экосистемы.
Казахская пословица гласит: «Где есть единство, там будет и счастье». В условиях глубокой трансформации и перестройки мировой экономики эта мысль приобретает вполне практический смысл: сотрудничество, объединяющее инвестиции, технологии и промышленную кооперацию, становится главным фактором устойчивого развития.
Не случайно Президент Казахстана Касым-Жомарт Токаев поддержал Инициативу по глобальному управлению, предложенную Председателем КНР Си Цзиньпином, отметив, что она способствует более справедливому и эффективному международному сотрудничеству. Ее основной принцип — объединение усилий государств для формирования устойчивой системы взаимодействия, основанной на взаимной выгоде, совместном развитии и уважении национальных интересов.
Проекты BYD и потенциальный завод CATL показывают, что для Казахстана речь идет уже не только о привлечении капитала, а о формировании новой модели промышленного партнерства, основанной на локализации производства, трансфере технологий и создании собственной добавленной стоимости.
Сауле Тугельбаева