Старые отвалы в Казахстане превращаются в источник ценных металлов
То, что ещё недавно считалось отходами горнодобывающей промышленности, сегодня всё чаще рассматривается как перспективный источник ценных металлов. На фоне роста мирового спроса на сырьё и развития технологий многие страны начинают активнее перерабатывать старые отвалы и хвостохранилища вместо освоения новых месторождений.
Для Казахстана эта тема приобретает особую актуальность. По словам приглашённого эксперта Qazaq Expert Club, доктора геолого-минералогических наук, академика Национальной инженерной академии РК и заслуженного геолога Казахстана Низами Джафарова, эффективное использование недр становится не только экономической, но и экологической задачей.
«Сегодня старые отвалы фактически превращаются во “вторичные месторождения”. Значительная часть полезных компонентов до сих пор теряется на этапах добычи и переработки, хотя современные технологии уже позволяют извлекать их гораздо эффективнее», — отметил эксперт.
По его словам, подходы к оценке месторождений существенно изменились за последние десятилетия. Если в 1970-х годах промышленной разработке подлежали золотоносные руды с содержанием не менее 2 граммов золота на тонну, то сегодня экономически перспективными считаются уже руды с содержанием 0,4–0,5 г/т.
Одним из показательных примеров эксперт называет Джетыгаринское золоторудное месторождение в Костанайской области, которое разрабатывалось с перерывами почти полвека. В тот период промышленными считались руды с содержанием золота не ниже 3 граммов на тонну, а среднее содержание металла в добываемой руде достигало 7–10 г/т.
При этом в так называемых «пустых» породах вскрыши содержание золота также доходило до 3 г/т. Однако подобные материалы тогда не рассматривались как перспективное сырьё и нередко использовались при строительстве автомобильных дорог.
По мнению Джафарова, с развитием технологий и ростом стоимости металлов часть подобных пород уже сегодня могла бы использоваться как полноценное промышленное сырьё.
Отдельную проблему представляют отходы обогащения месторождений. Они продолжают оставаться экологически опасными из-за содержания ртути, мышьяка и высокой запылённости. При этом исследования показывают, что в подобных отходах всё ещё может содержаться значительный объём ценных металлов. Так, в хвостах Джетыгаринского месторождения, по оценкам специалистов, сохраняется более одной тонны золота при среднем содержании около 1 г/т.
Как объясняет академик, значительная часть ресурсов теряется ещё на этапе оценки месторождений. По его словам, лишь 60–80% природных накоплений полезных компонентов оцениваются как минеральные ресурсы, а из этого объёма только 70–90% вовлекаются в промышленную добычу.
Дополнительные потери происходят уже в процессе разработки месторождений и переработки сырья. На этапе добычи потери полезных компонентов могут превышать 5–10%, а ещё 15–30% теряется при переработке руды и производстве готовой продукции.
Фактически до стадии конечной продукции по отдельным видам полезных ископаемых доходит менее половины компонентов, первоначально содержащихся в недрах.
Сегодня при оценке месторождений всё чаще учитываются современные технологии переработки, экологические требования, горнотехнические условия и рыночные факторы. Однако главным критерием по-прежнему остаётся текущая рентабельность добычи.
«Необходимо учитывать не только экономическую выгоду, но и объём ресурсов, который страна теряет в процессе разработки месторождений. В ряде случаев более рациональным решением может стать отдельное складирование бедных руд и отходов обогащения с расчётом на их дальнейшую переработку по мере развития технологий и изменения рыночной конъюнктуры», — считает Джафаров.
По сути, речь идёт о переходе к новой модели недропользования, где ценность начинают представлять не только новые месторождения, но и то, что десятилетиями считалось отходами добычи.
